Побег германца и балта из иудейского плена

 

Викинги против евреев. Атака по Великому Дону. Побег германца и балта из иудейского плена

(Новая редакция текста, 2026 год)

Сага «Викинги против евреев» («Vikings against Jews»)

Первая книга «Атака по Великому Дону»

(Великий Дон - русское название Северского Донца и ниже его впадения Дона в X (возможно, и ранее) - XIII веках)

Вторая глава «Побег германца и балта из иудейского плена» 

Вторая половина сороковых годов восьмого века

На фото - Донская степь, автор снимка - Дмитрий Балховитин, файл доступен по лицензии -creativecommons.org/licenses/by-sa/4.0/deed.en, изображение мной изменено

Скакуны шли ровной рысью. Восточный балт Любарт - справа, на вороном, чуть впереди; сакс Бернард - левее, на гнедом, на четверть корпуса позади. Время в степи шло к ночи, которая вскоре должна была обнять небо и землю. Вечерний воздух был довольно свеж, и всадникам пришлось укутаться потеплее. Помимо двух лошадей под ними, с балтом и германцем было ещё с десяток коней, несколько из них - с поклажей. Провизия, одежда, оружие и кузнечные и иные инструменты для его изготовления. 

- Мы не слишком гоним? - спросил на языке склавин (позже названных словенами, а затем Иннокентием Гизелем - славянами) западный сакс - вестфал, поджарый, лет двадцати пяти, может быть, чуть меньше. 

Восточный балт, бывший года на три младше германца, такой же стройный и тоже довольно высокий, слегка обернулся назад и ответил также на склавинском, основной речи невольников в Еврейском беканате, которую можно было назвать и западнобалтской: 

- По-моему, нет. 

И, довольно улыбнувшись, добавил: 

- Смотри, вольный человек, - Любарт позволил себе чуть пошутить над его и саксом недавним рабством, - сколько у нас скакунов, как они хороши и как немного у нас поклажи на каждом из них, а на некоторых и её нет. Мы можем гнать и быстрее. 

Несколько менее сейчас весёлый, чем балт, германец тоже слегка улыбнулся. 

- Как скажешь, Любарт. Хоть гнать нам, может быть, и не стоит, но будем двигаться столь быстро, как едем сейчас. 

Вечер медленно сходил с неба над ними, словно кто-то сверху приглушал свет, не гася его сразу. Сначала исчезла резкость, потом краски начали тянуться, расплываться, и степь вокруг стала глубже, чем днём. Небо темнело от одного края к другому, и в этом почернении уже хорошо угадывалась почти ночь - не внезапная, а уверенная, знающая своё время, а потому и не наступающая мгновенно. 

Кони шли довольно легко, пока явно без устали. Дыхание их было слышно отчётливо - густое, весьма частое, но совсем без надрыва. Они чувствовали путь и всадников. Эти лошади были злы не от ярости, а от силы и выносливости: от привычки идти далеко, долго и без особой жалости к земле под копытами. Уверенность людей в сёдлах на спинах двух из них делала их ещё спокойнее. 

Степь отзывалась разными вечерними или уже почти ночными звуками. Где-то далеко, на границе слуха, протянулся вой серых волков - не столько вызов, а скорее перекличка. Чуть ближе им отозвался шакал резким, коротким голосом. Но эти хищники не приближались к беглецам и их скакунам, идущим рысью по степи. Они чувствовали: эта добыча не для них. Два всадника, больше десятка злых коней, включая тех, что под людьми, металл у бедра, уверенное движение - всё это не сулило лёгкой крови. Волки были на охоте, но искали другое: одиночное, сломленное, не готовое на полном ходу рубить слегка изогнутыми стальными клинками. 

Месяц поднялся ещё чуть выше, и степь вокруг посеребрилась. Тени вытянулись, стали длинными и чёткими. В этом свете мелькнули очертания одинокого филина. Он прошёл над всадниками бесшумно, равнодушно, надеясь, что копыта вспугнут мышь или зайца. Волков и шакалов он не боялся и не особо замечал - у него была своя охота. 

Слева, в неглубокой низине на почти равнине, темнела река. Вода поблёскивала, и время от времени слышался плеск - рыба била хвостом или выходила к поверхности. Запах влаги здесь смешивался с сухим духом трав. 

Вестфал и восточный балт сегодня бежали из рабства у богатого еврейского купца из Иудейского беканата. 

Бернард около семи лет назад был захвачен в плен аварами, совершившими редкий для них в те годы набег на городок на восточной границе Баварского герцогства, в котором он жил. Как позже узнал германец, это нападение одного из тудунов не было согласовано с каганом, но новому пленнику от этого легче не стало. Его отец немало поскитался по свету, побывав и у англов, саксов, ютов и фризов в Британии, и у франков, и в Баварии, и у лангобардов в Италии. Однако затем он вернулся на родину - в земли вестфалов - вместе со своей юной женой с берегов верхнего Дуная. Здесь и родился старший из их детей - Бернард; когда же он стал чуть подрастать, доводы его мамы о том, чтобы он получил хоть какое-то образование помимо домашнего, возымели своё действие. Тем более что и его отец с ними не спорил. 

Саксония тогда была языческой, родители ребёнка особо не говорили о своём христианстве, и по их поводу не было отторжения со стороны соседей, но отсутствие монастырей приводило к тому, что учить сына могли только они, а оба соглашались в том, что ему стоит поучиться и в школе при обители. Поэтому вскоре семья перебралась на родину его мамы - в Баварию. Здесь уже повзрослевшего и возмужавшего германца и захватили в плен авары. Его несколько раз перепродавали еврейские работорговцы, пока сначала по Дунаю на речном судне, а затем по Понту Эвксинскому - на латинском паруснике - они и их слуги из разных народов не привезли вестфала в Таматарху (ныне - Тамань), когда-то греческий и боспорский город, позже сильно заселённый евреями и во время появления там Бернарда принадлежавший Иудейскому беканату. 

В древнем поселении сакса купил очень богатый и настолько же влиятельный местный купец Иосиф. У этого работорговца было огромное хозяйство в Фанагории (сейчас городище у посёлка Сенной), Боспоре (сегодня - Керчь) и ещё нескольких местах на северо-восточных берегах Гостеприимного моря (Понта Эвксинского, в наши дни - Чёрного). Среди прочего у владельца германца имелась внушительная оружейная мастерская, работавшая прежде всего на нужды бека Сабриэля, его еврейских воинов и степных наёмников повелителя. А поскольку у отца вестфала было в чём-то такое же ремесленное производство, и его изделия покупали герцоги саксов - Теодорих и Варнехин, и Баварии - Одилон, и их приближённые, и другие бойцы, а Бернард до плена уже несколько лет работал с батей, то узнавший об этом при его покупке иудейский купец хорошо представлял себе, куда определить своего нового раба. 

На ходу беглецы весьма сытно поели: по куску лепёшки, по ломтю мяса - вяленого, солёного, жёсткого. Запивали водой из фляжек. При этом они даже не снижали ход. Всё было взято у работорговца Иосифа и теперь служило им - как трудились их руки долгие годы. Также на ходу сакс и восточный балт меняли коней, что были под ними, чтобы те продолжали идти рысью без устали. 

Степь раскрывалась перед движущимися беглецами. Ночь почти окончательно вступила в свои права. Под месяцем, среди звуков и теней, шли два всадника и их лошади - на север и немного на запад, всё дальше от жуткого плена и всё ближе к земле, где можно было вновь стать свободными. 

Любарт попал к иудейскому купцу Иосифу спустя примерно три года после невольника из Баварии. Балта захватили в плен степняки - чёрные болгары - на одном из верхних притоков Великого Дона во время подготовке к рыбной ловле. Его дед был с берегов Дины (ныне - Даугава), из литовского племени, приплывший на юго-восток вместе со скандинавскими торговцами, встретивший здесь красавицу, ставшую ему женой, и принесший сюда своё умение кузнеца и имена для сыновей и внуков. Любарта, так же как и германца, тоже несколько раз перепродавали, пока и он не попал в Таматарху. Иосиф, узнав о его семейном ремесле и о том, что его новый раб уже работал с отцом и дедом до своего пленения, также определил невольника в свою оружейную мастерскую. 

Вестфал с первого дня рабства подумывал о побеге, и, познакомившись с балтом, он нашёл в нём надёжного сторонника. Их подготовка к уходу была долгой, кропотливой и утомительной. Не раз и не два Бернард и Любарт отказывались от попыток, когда при более тщательной их оценке приходили к выводу, что они будут тщетными. Однажды они вынуждены были убрать охранника, ставшего у них на пути, а потом заметать следы, связанные с его исчезновением. Тогда побег сорвался, но сакс и восточный балт сумели выкрутиться. 

В последние сутки долгие старания и большое терпение бывших рабов были вознаграждены. И сейчас беглецы с каждым часом всё сильнее приближались к родине Любарта. Они не особо обратили внимание на то, что уже давно наступила ночь. Месяц с вышины неба озарял теперь вольную для них степь. Их скакуны бежали всё дальше на север, к верховьям Великого Дона; их тела, туго перетянутые кожаными ремнями, чтобы легче держаться в седле на протяжении нескольких дней, пока не чувствовали усталости. И хотя у каждого из них нет-нет да и возникал вопрос о возможной еврейской погоне, уверенность в том, что они уйдут от неё, росла в них всё больше с каждым шагом их злых и неутомимых коней.

Автор: Валерий Мясников, один из моих аккаунтов в Х (бывшем Твиттере) - «The Vikings beat the Jews near the Black Sea II (@Vikings_Rus747) / X (twitter.com)» (Викинги били евреев у Чёрного моря II), другой аккаунт в Х - «The Vikings beat the Jews near the Black Sea (@Rurik_Rorik) / X (twitter.com)» (Викинги били евреев у Чёрного моря).

P.S. «Поисковик» евреев Пейджа и Брина блокирует блог «Викинги против евреев. Атака по Великому Дону», размещённый в Блоггере этих евреев, при этом некоторые из глав прячут даже в самом этом ресурсе. У евреев Пейджа и Брина бьются за захват евреями и марксистами из КПК США и мира (как бьются и у еврея Цукерберга), поэтому «поисковик» Брина и Пейджа банит блог «Викинги против евреев. Атака по Великому Дону», поэтому у них используют и другие способы борьбы против этого блога.

Следующая глава - 1vikingi.blogspot.com/2022/12/98.html

Предыдущая глава - 1vikingi.blogspot.com/2022/12/100.html